[048] what the hell - Raelyn Liddell
[055] escaping the fate - Mallen Clavell
[065] о старых долгах и новых связях - Claire Salisbury
[067] we are who we are - Gabriel Karstark
[068] a candle at my chest - Nathan Nightwing
[082] одному и топиться идти скучно - Mallen Clavell
[090] the whispering ghosts - Meredith Clavell
[091] отцы и дети - Vladislaus L. Drake
[092] chapped and faded - Lucas Astern
[095] о башмаках и сургуче, капусте, королях - Samuel Lostman
[096] wisdom and justice - Claire Salisbury
[097] awake and undead - Samuel Nightwing
[098] dark days - Evan Justice
[099] never let me go - Michael Rightmance
[100] even gods do - Hannah Targaryen
[101] in all my dreams i drown - Anabel Frost
[102] i should rise and you should not - Meredith Clavell
[103] what must we do to restore - Demona Ivys
[104] the choice - Dustin Born
[105] those who loyal - Jude Graywater
[107] rescue me - Gabriel Karstark
[108] посторонним в. - Mirtha Vacietis
[109] give me back my broken night - Mallen Clavell
[110] зачем нужны старшие братья - Samuel Lostman
[111] в чернильности ночи ужас обнимет лапой - Lucas Astern
[113] в траве скрывается змея - Daniel DeWitt
[115] я возьму покоя кристалл и слеплю из него звезду - Regina Knowland
[116] всадники - золотые ручки - Balthasar Harrenhal
[117] oh sister - Charles Blackwood
[118] кровные узы - Nathaniel McRae
[119] the heart of the desert - Nick Frost Jr.
[120] let's scare death - Evangeline Kelferey
[121] there will come a time and i will look in your eyes - Nathaniel McRae
[122] forget this dreadful - Anabel Frost
[124] to unite as one - Aurora Nightwing
[126] if you only knew - Antony Strider
[127] say something - Antony Strider
[128] where did you put the gun? - Jacqueline Ripley
[129] do u wanna fly? - Hannah Targaryen
[130] куда приводят мечты - Ilse Hartmanis
[131] we show no mercy - Nathan Nightwing
[132] emotional explosion of fire - Saraphina Clavell
[133] семья - не список кто кого родил - Nick Frost Jr.
[134] никакой матери, кроме божьей, в храме не упоминается - Aaron Gideon
[135] catch me if you can - Mirtha Vacietis
[136] послушай, остановись, пока не поздно! - Balthasar Harrenhal

время в игре: апрель-май 2043-го года
30 лет спокойствия Изнанки предсказуемо обернулись очередным кровавым кошмаром. И если события 2013-го года были сравнимы локальной катастрофе в масштабах одного города, то сейчас, в 2043-ем году, в изнаночный конфликт оказывается вовлечены все Соединенные Штаты. С одной стороны – Альянс – объединение крупнейших демонических группировок, где главенствующая позиция отводится Омикрону – фракции, контролирующей Лос-Анджелес. С другой стороны, - изрядно поредевшие в ходе череды несчастий ведьминские кланы, решившие объединиться, чтобы дать отпор многочисленным неприятелям. И с третьей стороны, - Орден стражей и Арканум, действующие по указке архангела Эвана и стремящиеся под корень изничтожить всех нарушителей спокойствия и привести Изнанку в полагающийся ей порядок. Не стоит ждать войны, - она уже идет. Пришло время выбирать, кому быть верным, с кем заключать союзы, а с кем враждовать, потому что в этой борьбе вряд ли возможны компромиссы. И если ты думаешь, что у этой истории может быть счастливый конец, то ты невнимательно слушал. ©

TSS: ASUNDER

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TSS: ASUNDER » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » [108] посторонним в.


[108] посторонним в.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Посторонним В.
Тип: личный эпизод.
Дата: 20 апреля 2043 года.
Место: Нью-Йорк, жилище Блэквудов.
Участники:
Mirtha Vacietis
Charles Blackwood

Соседи - совершенно особенная категория отношений, вроде той же родни: их не выбирают, но если повезёт, с ними можно и подружиться. Занимать соль, прятаться от хозяина, попросить полить кактус или покормить кошек, когда тебя нет в городе. Правда, если нет тебя уже месяц, а залог аренды - твой сосед, ситуация выходит, мягко говоря, неловкая.
Чак вот понятия не имел, куда так загадочно пропала Мирта.
Но соседями можно оказаться как в одном городе, так и в другом. Потому что если соседей или родню и не выбирают, то друзей - как раз можно.

0

2

ВВ

Чёрные, малость застиранные, джинсы, серая футболка, джинсовая куртка. Волосы распущены, на ногах тёмные кеды, в руках коробка с пирожными. В кармане кошелёк, ключи.

Мирта предпочитала жить так, чтобы совестно ей не было. Вообще. Никогда. В принципе, это было не так уж и  сложно: требовалось лишь сознательно не делать того, чего её совесть не одобряет, а ежели таковое случается, ликвидировать последствия и вернуть баланс в надлежащее место. И, то ли ведьма была фантастически бессовестна – а такое мнение было не чуждо некоторым её знакомым – то ли поводов представлялось не так уж и много, но, по-настоящему стыдиться ей было нечего. Исключая, разумеется, тот_самый_случай_с_Клэр, жравший её изнутри уже больше месяца и не подающий надежд на избавление. Но с этим уже ничего нельзя было поделать, а бесконечное самоедство ещё никому на пользу не шло, так что Мирта про себя пообещала себе вернуть удвоившийся долг и попыталась заткнуть разоравшуюся совесть. Вышло не то что бы очень, но ведьма во всяком случае перестала распространять мрачную ауру на ближайшие тридцать футов и сократила это расстояние до границ своего личного пространства.
Впрочем, в её жизни существовал ещё один долг – не такой масштабный и возмутительный – но всё же требовавший внимания. Спешно меняя место жительства, Мирта едва ли озаботилась такими мелочами, как возвращение ключей хозяину квартиры или оплата оставшейся аренды. Её хватило только на то, чтобы прихватить с собой пару действительно нужных вещей из ведьминского арсенала, а всё остальное – запасы кошачьего корма, пары разномастных носков, детальки и ингредиенты, цветы с подоконника и даже все чёртовы человеческие документы – осталось в квартире. Времени хватало ещё на то, чтобы пару раз требовательно пнуть соседскую дверь носком ботинка, но Чарльза, как назло, где-то носило. Тогда Мирта подумала, что хорошо бы ему хватило догадливости разок-другой покормить кошек, а потом жизнь завертелась так быстро, что времени вспоминать о том, что её внезапное исчезновение может кого-то взволновать, совсем не было. А после того, как всё вокруг улеглось, и жизнь обрела новое, уже довольно ровное, русло, совесть угодливо напомнила, что, несмотря даже на необходимость прятаться, неплохо бы отправить стражу хоть какую-то весточку. И ехидненько добавила, что так поступают люди, которым не всё равно.
Подкошенная тем_самым_случаем, Мирта схватилась за голову и отправилась на поиски. Работа в Омеге имела свои приятные бонусы, и найти Чарльза Блэквуда оказалось не так уж и сложно. И, к вящему удивлению ведьмы, оказался он отнюдь не в Чикаго а в Нью-Йорке, и в связи с этим следовало, пожалуй, отправиться навестить Чака лично. Желательно, прихватив с собой извинения, поскольку очередь в немногочисленные, да ещё и стремительно редеющие ряды её хотя-бы-приятелей отнюдь не выстраивалась. И хватит с неё одного случая безответственного отношения к человеческим отношениям.
Теперь, подбираясь к нужному месту, Мирта уже предчувствовала на себе укоризненный взгляд стража с высоты его немалого роста. Всегда с ним так: она была старше, и во многом чувствовала себя именно так, но, хорьком глядя на Блэквуда откуда-то снизу, ощущала неведомую неловкость. Во всяком случае, ни воспитателям в детском доме, ни наставникам в ведьминской школе вызвать у Вациетис чувства стыда не удалось. Возможно, потому, что на их мнение, в отличие, от Чака, ведьме было глубоко… всё равно.
Мирта помялась у двери, разгладила ленточку на коробочке с кремовыми пирожными – Чак любил сладкое, и она возлагала на корзиночки большие надежды  – пару раз горестно вздохнула и нажала кнопку звонка. Количество Разговоров – именно так, с Большой Буквы – за последние полтора месяца и так значительно превысило обычную норму, а теперь, кажется, предстоял ещё один.

+1

3

Внешний вид

Внешний вид: домашняя футболка, джинсы, босой, лохматый и гладко выбритый.

Чак не был особенно привязан к какому-то конкретному месту. Он любил возвращаться домой, но только потому что любил домашних – родные стены были ему милы, но далеко не первостепенны. Потому он и уехал, наверно, в Чикаго, выбрав, когда пришло время, именно эту станцию: достаточно близкую к семье, чтобы навещать их время от времени и видеться с сестрой и вечно занятым отцом. И достаточно далёкую, чтобы иметь собственную жизнь и, что немаловажно, карьеру.
К сожалению, в Чикаго она так и не сложилась – карьера, не жизнь. Это был третий год Чака в Ордене в звании полноценного стража и второе уже переформирование. Позорище. Так близко к сердцу, как в первый раз, Блэквуд эту новость не принимал уже, успел нахвататься довольно, чтобы понять: оно могло быть и к лучшему. Особенно в таком партнёрстве, как с Алисой – уж за какие такие выслуги взяли в Орден эту девчонку, не сказал бы и он. Симпатичная, конечно, тут не поспоришь – потому, может, и не вышло ничего. С другой стороны, оказаться не в удел второй год подряд, приятного тоже было мало. Оттого, наверно, он и согласился так легко, когда на время рассмотрения нового партнёрства Чаку предложили вернуться в Убежище, в Нью-Йорк. С Чикаго его всё равно мало что связывало. Мало что, мало кто. И если карьера в городе не сложилась однозначно, жизни на полноценное обустройство какого-то куцего года было всё-таки мало – у Чака начали, конечно, появляться приятели и знакомства, но ни одно из оставшихся не успело закрепиться настолько, чтобы он пожалел о переезде. Это и стало окончательной точкой в решении. Это и ссора с последней хозяйкой, с которой пришлось распрощаться в срочном порядке, отдав почти все деньги, чтобы после перебраться в казармы. Неловкая ситуация.
Последнюю неделю он жил в Нью-Йорке, на старой квартире, где и вырос. Разницы в быту особенной не было – отец прописался в Убежище, уйдя в работу с головой, Аврора жила с мужем. После того, что случилось на чёртовой свадьбе, Тесселам нужна была вся помощь, которую могли оказать, хотя у Чака и было подозрение, что сестру просто заперли в четырёх стенах, наказав ради собственной же безопасности не высовываться. По этому поводу он испытывал двоякие чувства. С одной стороны, понимал, что домашним арестом Рори не защитить – в первую очередь от самой себя, уж эта дурёха при желании и горы бы свернула, и собственную шею. С другой, никогда ещё в жизни не боялся за кого-то так, как на Чёртовой свадьбе. Чак не знал, что бы делал, случись что с Рори или отцом. Он и без того чувствовал себя беспомощным щенком, особенно остро после похорон Мэллори. Самое смешное – работа сейчас здорово помогла бы отвлечься, но и тут ему не свезло. Вот и приходилось который день страдать всякой ерундой, то устраивая себе марш-броски по Нью-Йорку, то закапываясь в отцовской библиотеке. Польза, какая-никакая.
Сегодня Чак собрался всё-таки и сбрил отросшую за последний год бороду: лопатой она, конечно, не спадала, кое-как за ней он всё-таки следил, не отпуская ниже полутора дюймов. Чистое лицо непривычно щипало, но ощущения были скорее приятными. Хорошо было бы, конечно, ещё и волосы состричь – оброс он прилично, но об этом стоило позаботиться в парикмахерской. Последнюю домашнюю стрижку Чак запомнил надолго. И Чак, и Аврора, и Нейтан.
За этими мыслями его и застал звонок в дверь. Нежданный, но какой-то до боли знакомый. Закинув полотенце на плечо и вытирая свежевыбритый подбородок на ходу, Чак отправился в сторону входной двери. Да, распахнув её, так и застыл, не удосужившись при этом даже в глазок посмотреть. Опустил глаза ниже – на уровень чужого лица.
И, приглушённо простонав, едва не захлопнул дверь обратно.
- Серьёзно, Ватц, ты решила вернуться сейчас? Сюда?
Чак бы не сказал, рад ли видеть пропавшую соседку у себя на пороге, но почувствовал всё-таки, как один из стянутых туго узелков в груди распустился облегчением – что ни говори, об этой бродячей кошке он волновался. К тому же, она была должна ему денег и держала в руках что-то страшно аппетитное. Чак бросил взгляд в глубину пустующей квартиры и, покрутив обречённо головой, посторонился.
- Заходи давай, расскажешь внутри.

Отредактировано Charles Blackwood (2014-07-08 01:56:34)

+1

4

Ожидание и неизвестность, как известно, процесс куда более нервный, чем само событие, каким бы оно ни было – долгожданным ли и радостным, или пугающим неотвратимыми неприятностями. Оно неприятно сжималось узлом где-то в животе ведьмы, несмотря даже на то, что Чарльз вряд ли собирается её съесть. Впрочем, он ограничился тем, что едва не съездил девушке по носу, распахивая дверь – задумавшись, она подошла слишком близко.
Мирта невольно напряглась от прозвучавшей фамилии – она уже медленно начинала от неё отвыкать. Всё же, пора бросать привычку чуть что менять документы, так и раздвоение заработать недолго. Впрочем, из всех она, как ни странно, охотнее всего отождествляла с собой ту, что дал ей детский дом, вместе с полюбившимся именем, подаренным ангелом. Настоящая, родительская, и ими же данное имя – чересчур слащавое, по мнению Мирты – так и остались строками на бумажке и ассоциировались лишь с девочкой из вырезки в газете, но никак не с ней самой. Эта же неприятно царапнула слух прошлой жизнью, которая, впрочем, не спешила отпускать.
- Я переехала, - машинально ответила ведьма, глядя в пол, – хотя куда вернее было бы сказать «перепрыгнула» – и скомканно добавила, пытаясь объясниться с порога, - Так получи… Вернее, мне пришлось, пришлось уехать вот так, - ведьма сделала шаг внутрь квартиры и неловко потопталась в коридоре. Как оказалось, давать объяснения она была более чем не готова, но с чего-то же нужно было начать, а то получится как в тот_раз, - Я не могла остаться, - Мирта развела руками и тише продолжила, - И это не моя фамилия.
Называть её Миртой Ватц сейчас и вправду было бы очень неосмотрительно, даже если Тень не поставит себе цель непременно избавиться от сбежавшей девушки, но, если фамилия всплывёт, мало не покажется ни самой ведьме, ни тому, кто её упомянет.
В принципе, всё было именно так, как девушка и сказала – внезапный переезд был не менее скомкан, чем её сбивчивая речь. Изменения в жизни почему-то больше всего ощущались именно в этом – отсутствии рыбной вони в окно по утрам, требовательного мяуканья под ногами, шумного огня на газовой плитке, мешающих лезть на крышу цветов на подоконнике. Новое же жилище по метражу даже, наверное, было чуть больше предыдущего, но не отличалось ни привычной обжитостью, ни даже в какой-то мере присущей старой квартирке живописностью. Комната, вытянутая по горизонтали, единогласно была признана похожей на гроб, причем оформленный убеждённым минималистом с непреодолимой тягой к хай-теку. Всё блестело сталью и белизной до слёз в глазах и, несмотря на крайне небольшое количество мебели, на отсутствие пространства пожаловался даже Роджер, для которого полёт на Эверест зависел лишь от желания его левой ангельской пятки.
- Возьми пирожные, - Мирта протянула коробку с корзиночками Чаку. Наверное, следовало написать на ней хотя бы «Извини», чтобы было понятно, что ей совестно. Она наконец подняла глаза на стража и машинально ойкнула, на почти родном русском выразив удивление – Tvoju mat’! – и, осекшись, перешла на по-прежнему немного непривычный английский, - Куда ты дел бороду?!
Это прозвучало куда проще, чем роем назойливых ос вертевшееся в голове хрестоматийное «Нам надо поговорить» или, не приведи Велю-мате, «Я всё объясню».

+1

5

Переехала она, а то сам бы он не догадался.
Время на расшаркивания и дежурный обмен отговорками – не её фамилия значит? – Чак потратил на то, чтобы переварить появление внезапной гостьи и определиться с собственным к этому отношением. Он не был мастаком во всём, что касалось общения с людьми, более того – прекрасно знал об этом, а потому предпочитал временами потратить немного больше усилий, но разложить свои чувства по полочкам. Хотя бы примерно. Особенно если речь шла о женщинах – тут Чак вообще иногда терялся, как мальчишка. Мирта, надо отдать ей должное, стандартными замашками женщин (или ведьм, что тоже было отдельной совершенно категорией) не страдала, в этом она напоминала Блэквуду сестру. Может, оттого и сложилось у бывших соседей такое близкое приятельство.
Впрочем, сегодняшняя ситуация поставила парня в тупик.
Он не был на Мирту в обиде – не за то, что уехала, ничего не сказав. Это было неожиданно, да и, будь у Чака выбор, он предпочёл бы хоть попрощаться, но понимал, наверно: произойти могло что угодно. Думал даже пробить по собственным каналам, куда пропала без вещей и документов его соседка и не случилось ли с ней чего, пока не закрутился с этим чёртовым переформированием, а после и со свадьбой Авроры. Теперь вот не знал, что и думать. Выходит, что-то всё-таки было, раз ей пришлось уехать вот так? Впрочем, выглядела она неплохо – виноватой, кажется, даже, что определённо не говорило в её пользу. Или дело в деньгах?
Чак окончательно закрутился в собственных размышлениях и принял заветную коробочку со сладким почти машинально, отметив только приятную тяжесть в руках и вскинув тут же голову на иностранную ругань, прострелившую неловкую атмосферу.
Tvoju mat’! Куда ты дел бороду?!
Блэквуд хлопнул глазами и, фыркнув, расплылся всё-таки в ухмылке. Ладонь против воли легла на чужую макушку, взъерошив волосы неловко в подобии грубой ласки.
Сбрил, – ответил просто он, поборов приступ ностальгии и отняв тут же вездесущие руки. – Да не стой ты столбом, ругаться ещё будет. Если она дорога как память, могу завернуть на дорожку – раковину ещё не чистил. – Договаривал он уже на ходу, целенаправленно двигаясь в сторону кухни.
Когда девушка, наконец, устроилась за столом, а чайник был поставлен на плиту, разговор стал уже куда проще – привычная приятельская ругань здорово разрядила обстановку, напряжённую с обеих сторон и без того (сам Чак ходил в подавленном настроении последние несколько дней по понятной ему причине, да Мирте, видно, было что рассказать), сладкое же всегда было слабостью Блэквуда, на то, наверно, и был расчёт. Это не значило, конечно, что спрашивать Чак не будет. Он уселся напротив Мирты, по привычке прямо на одну из столешниц возле плиты, благо рост позволял и не такое.
Так что случилось? Ты даже вещи не забрала – кстати, если за ними, то у меня ничего нет, всё оставил хозяйке, – он дёрнул плечом, не выражая особого раскаяния. – Хотя не ручаюсь, что та не вынесла всё, включая документы, в ту же неделю и не раздала бродягам.
Смотрел Чак цепко: имущество Мирты его интересовало в последнюю очередь. Как, впрочем, и её извинения. Хотя… Парень отвлёкся на мгновение, вспомнив вдруг о том, что кое-что из соседской квартиры прихватить всё-таки успел. Сам не помнил почему.
Да, это будет забавно.

Отредактировано Charles Blackwood (2014-07-30 19:15:44)

+1

6

вот я решила всё выложить сразу, чтобы не было, как тогда х)

- Ты похож на школьника, - буркнула Мирта, удивлённо смущаясь в ответ на ворошение собственных волос. Это был отголосок того тёплого ощущения, что ещё было в её жизни всего месяц назад, а теперь казалось бесконечно далёким. Настолько, что едва ли не забылось. Жжёные мосты прошлой жизни, казалось, не оставили шансов обернуться, но вот она, та потерянная… почти дружба? Было бы очень кстати: новыми знакомствами Мирта, как всегда, не желала обзаводиться, к хранителю ещё только привыкала, и ощущала себя невероятно одиноко. Подвешенной, словно персонаж с карты Таро, но всё же не повешенной – опасений за жизнь с каждым днём становилось всё же меньше, а вот отсутствие привычной работы в Тени отдавалось гулкой пустотой. И раз уж пока эту дыру не получилось заткнуть Роджером, то мимолётное проявление теплоты со стороны Чака явно может сойти за неплохую заплатку.
Ведьма непроизвольно улыбнулась уголками губ и прошла вслед за стражем на кухню. Устроилась за столом, подавив неловкие попытки помочь с чайником или чаем, нервно подёргала висящую на последнем издыхании заклёпку на рукаве куртки. Вопрос почти застал её врасплох – несмотря на то, что девушка накручивала себя, готовясь к Разговору, уже несколько часов и, казалось, прокрутила в голве все возможные ситуации. От слёзных объятий до драки.
- Плевать на документы. Чак, я скажу тебе правду. Я устала, - Мирта вздохнула, разглядывая незамысловатые узоры на стоящей рядом сахарнице, - Мне чертовски надоело плавать в этом дерьме, а ты… - ведьма, пересилив себя, подняла на него глаза, надеясь увидеть что-то, дающее надежду на благоприятный исход, - Ты решай для себя сам, что думать.
«Обо мне», - про себя добавила она. Кто бы мог подумать, сейчас Вациетис это казалось куда более важным, чем сложившаяся жизненная ситуация. Ни новая организация, где ещё никому нельзя было толком доверять, ни незнакомые стены новой комнаты не могли дать ей ощущения какой бы то ни было устойчивости. А Мирта хотела быть если не в том месте, что люди многозначительно называют Своим Домом, то хотя бы в гостях, где ей рады.
- Думаю, что тебе известно об организации под названием «Тень», - стараясь говорить ровно, начала ведьма. – Чикагский круг некромантов. – Какая теперь разница, что и кому она скажет? Всё равно, даже если Мирту Вациетис не ищут целенаправленно, то любой теневик или поддерживающий их омикроновец не преминет отправить её к праотцам – или к Хоуку, что, в принципе, равноценно. Так что, утечкой больше, утечкой меньше… Если найдут, вряд ли будут интересоваться, что и кому могло стать известно – «Тень» и так уже выползла на свет.
- Так вот, до недавнего времени, - Мирта на всякий случай выделила последние слова, как будто это могло что-то существенно изменить, - Я была непосредственным участником этой организации. – Она неотрывно, с вызовом смотрела в глаза Чарльза, без слов заявляя, что вне зависимости от его мнения, она ни о чём не жалеет и оправдываться не станет. Во всяком случае, на этот счёт. – До того, как наши… - ведьма замялась, подбирая слово. – мнения разошлись. Настолько, что лучше бы мне никогда не попадаться им на глаза. – Мирта непроизвольно потянулась к защитному кулону на шее, зажала в кулаке. - И вот я здесь, - многозначительно заявила девушка так, словно эти последние слова объясняли все те вопросы, которые, безусловно, у Чака возникнут. Она развела руками, выдавив из себя кислую ухмылку и внутренне напряглась. Последний разговор об этой стороне её жизни обернулся отнюдь не чаем с пирожными.

0

7

Чак не обиделся даже на сравнение со школьником: обычно это, может, и могло бы задеть – когда дело касалось шуток о его бороде, парень вообще становился на редкость тонкокожим, – но тон Мирты явно ничего плохого не подразумевал, а сам Чак чувствовал странный прилив добродушия.
Не продлившийся, однако, слишком долго.
Стражей не учили читать чужие эмоции, но уметь читать людей в Ордене было жизненно важно – по весьма понятным причинам. Порой секундное промедление стоило слишком дорого, и реакция всегда была одним из основополагающих качеств выживания – залогом успешного задания, успешного дела, так что способность определить следующий шаг – противника ли, напарника – была несомненным преимуществом и в бою, и в расследованиях. Чак не был таким уж опытным стражем – предпочитал себя, по крайней мере, таким не считать, но кое-что умел и он. Впрочем, не заметить то, как изменилось настроение после того, как он задал вопрос, вообще было сложно.
И потом, справедливости ради, затем он его и задал.
Вообще Чак понимал, что тема не из лёгких, но и Мирта наверняка не о погоде пришла поговорить – реши ведьма ответить, ей, в любом случае, пришлось бы покрутиться. Или хорошенько наврать, что, зная Мирту хотя бы так, как знал девушку Чак, потребовало бы не меньше сил. То была лишь блэквудова догадка – сумма наблюдений и обстоятельств, не более, однако вывод напрашивался сам собой. Девушка не уехала бы, побросав все вещи, если бы не случилось что-то серьёзное. И всё-таки сейчас он видел: она пытается сказать что-то действительно важное и большое. Что-то, что здорово мучило её, причём мучило давно. И что точно могло ему не понравиться. Что же.
Ему оставалось лишь выслушать – хотя бы столько он мог ей обещать.
И он слушал – облокотившись на столешницу напротив, с нечитаемым взглядом и серьёзным лицом.

При упоминании о Тени Блэквуд заметно напрягся. Он слышал о чикагских некромантах, но знания в голове были только общие – круг не нарушал договор и, на его памяти, в поле зрения Ордена не попадал, иначе он, почти два года прослуживший на чикагской станции, знал бы. О Мирте бы точно знал. Но что-то в голосе девушки заставило его выслушать до конца, не перебивая и не выдавая незнания или непонимания раньше времени. Говорила она с вызовом и покорной обречённостью, готовая к любой его реакции – сочетание было странным и здорово настораживало.
Что там у них случилось? И, что важнее, зачем она пришла к нему?
По окончании её речи Чак просто кивнул. Он стоял нахмуренный, со срещенными на груди руками, не теряя коронной своей невозмутимости.
- Почему ты рассказываешь мне об этом? – тихо и вкрадчиво спросил, наконец, он. – Почему сейчас?
Кажется, всё сегодня упиралось именно в это чёртово «именно сейчас».

Отредактировано Charles Blackwood (2014-09-28 23:45:41)

+1

8

После определённых событий в голове у Мирты сформировался список правил общения в сложных ситуациях с людьми, которые ей небезразличны. И первый же пункт был выделен жирным шрифтом, подчёркнут красным и гласил:
- Не доставать нож.
И после, видимо, для лучшего запоминания и тех, из-за которых на вокзалах информацию повторяют дважды, повторялся ещё раз –
не доставать нож –
и сопровождался пояснением: Вообще не брать его с собой.
Далее шло длинное перечисление тех вещей, которые нормальному человеку известны с детства, а воспитанным ещё и принимаются во внимание.
- Не врать.
- Не орать.
- Не язвить.

И далее, до того момента, когда у Мирты заканчивались свидетельства собственного невежества и желание их перечислять для последующего избегания. В соответствующей компании, естественно – остальной мир, как обычно, церемоний не заслуживал.
В самом же конце сиротливо приютилась коротенькая приписка –
не оправдываться –
выглядевшая совсем уж жалко в свете того, что Мирта регулярно загоняла её всё дальше в угол сознания под эгидой того, что она, в общем-то, и не собиралась. Как не собиралась никогда, и искренне надеялась не дожить до того момента, когда это пришлось бы делать. Обычно соблюдать всё это получалось примерно так же, как все те правила, что в жизни ведьмы появлялись ранее: а именно с большими оговорками и ровно до того момента, как они пересекались с привычными и проверенными временем установками.
Пока же всё шло на удивление ровно, Мирта подсознательно ожидала чего-то более существенного, чем просто кивок, но Блэквуд, похоже, определил для себя приоритеты и ожидал продолжения. Вациетис на секунду расслабилась, устав сохранять напряжение – даже подсознательно подготовив себя к необходимости пустить всё на «будь, что будет», она всё равно внутренне была готова защищаться, если бы необходимость возникла. И если это не было первым доказательством того, что ни черта она не была готова вести подобные беседы, то небо могло обрушиться на голову Мирты немедленно. Но небо висело на своём привычном месте, а Чак совершенно справедливо требовал объяснений.
«Сейчас? Имеет в виду, что могла бы и раньше поделиться этой информацией?» Если так, она даже не могла однозначно определить для себя, прав страж в этом желании или нет. Сама когда-то была сатанински зла на Габриэля за то, что тот не открыл ей правды, но рациональной частью своего сознания понимала, что это было для её же блага, сколько бы ведьма оное благо не отрицала всем своим существом.
Что же, «раньше» теперь уже не получится, пусть будет хоть сейчас. И раз она уже начала говорить как есть, не прикрываясь деловыми аргументами, то теперь пойдёт – очень постарается – до конца, даже если придётся выдавливать из себя слова так, как бы это делала соковыжималка с берёзовым поленом.
- Потому, - Мирта неотрывно смотрел на стража, пытаясь не пропустить ни краешка эмоций на его лице, - я уже пре… потеряла, - слово «предала» малодушно отсиживалось где-то за зубами, застряло колючим комком в горле, не желая вылезать, - свою единственную подругу. – Теперь это определение выскользнуло легко, не отягощённое более обоюдными к чему-либо обязательствами. Кроме, разве что запоздалого осознания того, что та лёгкая, тёплая связь, поначалу казавшаяся лишь приятным бонусом к знакомству с интересной и симпатичной Мирте ведьмой занимала куда более высокую ступень в лестнице её жизненных ценностей.
- И хочу знать, чего ждать от тебя. – Быстро закончила ведьма. Получилось как-то не слишком удачно, чересчур поспешно, скомкано и настороженно. Что, впрочем, во многом оправдано: если уж Мирта умудрилась выкинуть такие коленца, каковых от самой себя не ожидала, то где уж ей довериться даже относительно привычному спокойствию Блэквуда. И вот здесь убеждения – слишком часто за последние пару месяцев – снова змеями связывались в шипящий узел. С одной стороны, хотелось сделать какие-то телодвижения в сторону возможности всё же в кои-то веки поверить, с другой – бросаться в это очертя голову представлялось уж совсем неразумным. Болтаться где-то посередине для привыкшей кидаться в крайности Мирты было порядком непривычно, и ведьма чувствовала себя инвалидом-колясочником, по собственной дурости влезшим на цирковой канат. 
- Лучше уж ты узнаешь об этом от меня. И сейчас. – А не получив орденскую ориентировку или прочитав на надгробии, - Хотя бы сейчас.

+1

9

Мирта, кажется, расслабилась – едва заметно, видно это было лишь в мелких, незначительных деталях вроде резкости движений, взгляда или вздоха, но атмосфера переменилась чувствительно. Девушка явно ожидала от него другой реакции: предмет их разговора здорово сбивал с толку, хотя Чак и без того не понимал до конца, как должен бы поступить и что ответить – ситуация казалась очень очень щекотливой, это он чуял, и потому с выводами торопиться не хотел. Блэквуд не был асом в человеческих отношениях и теперь отчего-то особенно боялся испортить что-то поспешным ответом. Потому, не мудрствуя лукаво, и делал пока то, что умел лучше всего. Молчал.
Сосредоточенно и задумчиво.
Сам бы он, по правде, предпочёл обойти скользкую тему, не затрагивая того, что так явно приятельницу терзало, или, затронув, по крайней мере, не копаться в чужих тревогах с фонариком. Ему не было всё равно, более того он готов был при необходимости помочь и словом, и делом, но девушку мучило это признание, и, видно, беспокоило её что-то определённое – то, о чём он, будь причастен, должен бы был знать, и в противном случае проще всего было бы просто оставить всё, как есть. Но дело было, судя по всему, серьёзным, а Мирте был важен его ответ, и сейчас Чак прикладывал немало сил, чтобы разобраться в своих ощущениях.
О том, что такого могла натворить ведьма, сбежавшая в итоге из некромантского круга не лучшей репутации, Блэквуд мог только догадываться. Возможно, её преследовали, наверняка она преследования боялась, к тому же Чак не очень понимал, что именно стало причиной разлада Мирты и круга: действия и политика самой Тени или потеря той самой единственной подруги, о которой она упомянула  нехотя и вскользь. Информации было мало, а додумывать он не хотел.
Вопрос был не в том.
Единственное, что волновало его сейчас: чего хотела сама Мирта? Если она хотела прощения, он не был тем, кто должен был за что-то её прощать: поспешный отъезд, денежный долг, внезапное появление после – быть может, но не более. Боялась ли она осуждения с его стороны, каких-то последствий для себя при столкновении с Орденом в его лице?
Просто хотела выговориться?
Чак нахмурился ещё больше – размышления его были бессмысленными, пустыми попытками придумать то, что можно было спросить прямо, а потому, подняв взгляд и встретив глаза Мирты, просто вздохнул. Развернулся к кухонным шкафам и распахнул одну из деревянных дверец движением, привычным с детства и в то же время новым для себя – только сейчас, кажется, осознавая, как успел вырасти с тех пор. На ум тут же пришло воспоминание о старой встрече с Сэмом – сколько лет назад это было? Он был совсем мальчишкой тогда, всё было иначе, разительно иначе, не только из-за хаоса, что творился теперь вокруг. И всё же история повторялась.
Блэквуд поставил перед Миртой пару разномастных бокалов, припечатав всё это початой бутылкой виски. Стекло звенькнуло как-то слишком громко, и Чак повёл плечом неловко, сев, наконец, рядом – навалившись локтями напротив за столом.
- Слушай, – он задумчиво огладил бокал, подбирая аккуратно слова. – Что бы у вас с Тенью не случилось, меня это не касается, и если ты хочешь забыть об этом, я не стану спрашивать. – Блэквуд поднял глаза и повторил серьёзно. – Не стану и действительно имею это в виду.
Он поскрёб непривычно гладкий подбородок и закончил, неуклюже мягче.
- Но если ты хочешь рассказать, я выслушаю.

Отредактировано Charles Blackwood (2014-10-08 17:52:50)

+1

10

Напряжение потихонечку отпускало всё больше: Мирта со свойственной ей подозрительностью, и опираясь на уже произошедшее, ожидала буквально всего, чего угодно. Однако ничего не происходило – никаких тебе неприятных вопросов, обвинений или оправданий, упрёков… вообще ничего. Будто они обсуждают последний вышедший в кинотеатрах фильм или купленные на барахолке наволочки с собачками. В последнее время ведьме не везло на такие простые разговоры: даже если забыть о Сэлисбури, было ещё холодное презрение Ядвиги, разочарованной исходом дела; неясные подозрения к Лизбет Рой, сменившиеся непонятно откуда взявшейся уверенностью; ворох эмоций Роджера, обрушившийся на неё во время их соединения в этот странный тандем; немногочисленные, но разномастные знакомства с колоритной нечистью Омеги. Всё это сплеталось в огромный клубок событий, к которым Мирта, с её отгороженностью от мира, не привыкла и чувствовала себя неуютно в такой круговерти впечатлений и людей.
Чак же был спокоен, как буддийский монах и основателен, как Эмпайр Стейт Билдинг. Он не хотел от неё ничего из того, чего ведьма подсознательно боялась, и она даже растерялась. Готовилась к худшему – а получилось?..
Страж тем временем извлёк из кухонного шкафа стаканы и бутылку и уселся напротив. Мирта не сводила с него глаз и, слушая, ощутила нежданное облегчение. Узел проблем, завязывающийся с каждым днём сложнее и сложнее, если не распустился, то сдавливал заметно слабее, и ведьма почти перестала чувствовать давление, неотступно сопровождавшее её в последние недели.
- Нет, знаешь, не хочу. Мне с ними не по пути и это всё. - Твёрдо сказала она. О Тени говорить было нечего, вспоминать - тоже не о чем, возвращаться некуда. Но Мирта почему-то не жалела оставленного, иррационально уверенная в собственной правоте – сказывалось не то демоническая харизма Рой, не то постепенно, кривыми дорожками да по ухабам, но приходящая к определённой стабильности жизнь.
Кроме того, в связи с усиливавшимся влиянием в круге Линча, ей действительно было нечего там делать – тот казался ведьме даже (кто бы мог подумать) хуже Ригана. Валскотт хотя бы не проявлял признаков личностного расстройства, будучи просто расчётливым уродом, но уродом привычным, почти своим. А после инцидента с Люцифером, из которого им удалось выпутаться вдвоём, Вациетис даже перестала относиться к начальнику с откровенной неприязнью и морщиться при виде его медовых улыбочек, отвечая не менее мерзким оскалом. От Линча же и его убеждений за версту несло безумием, и Мирта искренне не понимала, почему Ядвига не укажет шотландцами на дверь. С такими союзниками и врагов не нужно. Впрочем, теперь это были не её проблемы.
Ведьма вздохнула и повторила ранее уже сказанные, но несколько иначе, слова: Я просто хотела, чтобы ты был в курсе. – И вот это было действительно важно. Раз уж она собралась попытаться выстроить нормальные и даже, чем чёрт не шутит, человеческие отношения хоть с кем-то, следовало избавиться от уже сказанного вранья. Нет, технически она никогда не лгала Чаку, но не стоило же ждать от него вопроса: «А ты случайно не состоишь в некромагическом круге, о котором почти никто не знает?».
Мирта, не спрашивая разрешения, разлила по бокалам виски. Пьянства она не поощряла, и никогда толком и не пробовала пить, но никто же не обязывал нажираться в стельку. К тому же ей точно хватит и того мизерного количества, что стояло перед ней.
- И извиниться. - Подозрительно принюхиваясь к содержимому бокала, продолжила она. Вряд ли Чак в этих самых извинениях нуждался, но всё же уезжать вот так было негоже, да и какое-никакое, а проявление внимания. Так, кажется, делают нормальные люди. – Хреново с моей стороны было не оставить даже записки. Хозяйка, наверное, была страшно зла, а? – на лице ведьмы непроизвольно появилась усмешка. Сдававшая обоим комнаты женщина умела быть настойчивой и очень, очень громкой.
- И, чёрт побери, Блэквуд, - Мирта покачала головой, развела руками, не в силах выразить посетившую её гамму эмоций, - спасибо. – Если бы её сейчас спросили, ведьма толком и не смогла бы выразить, чем именно вызвана эта благодарность, но это было как раз то слово, что могло разом охватить впечатление от оставившего тело и душу нервного напряжения.

0


Вы здесь » TSS: ASUNDER » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » [108] посторонним в.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC